Зарабатывай от 1500 руб в день! В любое время и месте!

Начать зарабатывать

«И ныне я не камень, а дерево пою»: в ГМИИ представили выставку забытой амазонки авангарда Беатрисы Сандомирской

Насколько мы привыкли ценить русский живописный авангард, настолько же недооцениваем русскую авангардную скульптуру и не знаем имен мастеров первого калибра. Пример тому — выставка «Беатриса Сандомирская. 1894–1974», которая проходит в ГМИИ имени А.С. Пушкина (куратор Алла Есипович-Рогинская, научный консультант Игорь Смекалов, архитекторы Сергей Чобан и Александра Шейнер).





Это не просто выставка, а фактически новое открытие крупнейшего мастера скульптуры. Главная эмоция — удивление. Почему имя одного из самых ярких скульпторов России XX века практически никому не было известно?

Одинокая жизнь в полуподвале на Мясницкой

Беатриса Сандомирская слыла чудаковатой старушкой. Ни с кем особо не общалась. Всю жизнь ютилась в полуподвальчике знаменитого дома 21 на Мясницкой (сейчас про этот дом рассказывают в Центре «Зотов»). В скромной комнатушке стояли лишь кровать, тумбочка, шкафчик да вешалка. «Тюк-тюк-тюк», — слышалось из окон квартиры-мастерской сутками напролет. У старушки не было ни семьи, ни мужа, ни сына, ни дочери — только деревянные человечки, которых она вытюкивала топором из чурок и пенечков. Работы никто не покупал, заказов не было. В 1974 году Сандомирской не стало. Коммунальщики выбросили на помойку все бумаги, дневники, фотографии и ее деревянных друзей...

Почему обстоятельства оказались сильнее таланта — еще предстоит выяснить биографам. А ведь начинала Беатриса Юрьевна как одна из самых ярких «амазонок авангарда». Ученицей Малевича и Конёнкова восхищались, приглашали на выставки, даже называли «Роденом XX века». Сандомирская была знакома с наркомпросом Луначарским и лично с Владимиром Ильичом Лениным. Именно она создала первое, еще неканоническое изображение вождя на кругляше слоновой кости. Эта небольшая работа считается профессионалами самым точным и стильным портретом вождя. Молодая скульптор уловила и калмыцкую скуластость, и острый взгляд близко посаженных глаз, и удивительное сочетание энергии и жесткости.





Казалось, карьера идет в гору. Сандомирская активно выставляется за рубежом, а в 24 года молодой скульптор получила «госзаказ» на четырехметровую статую Робеспьера, которую должны были установить в Александровском саду в рамках ленинского плана монументальной пропаганды.

Миссионер авангарда

Кто знает, может быть, именно с этой статуи и начались все беды. Монумент Робеспьеру открыли 3 ноября 1918 года, накануне первой годовщины Октября. Присутствовали первые лица государства, звучала «Марсельеза», народ толпился у скульптуры до позднего вечера. А через три дня памятник рухнул...

Официально объявили, будто Робеспьер «пал» жертвой контрреволюционного заговора. Однако истинная причина крылась в другом: у фигуры неправильно рассчитали центр тяжести. Конструкция из бетона и пустотелых труб оказалась хрупкой, низкокачественный бетон впитал влагу от прошедших дождей, а ударивший ночью мороз завершил трагедию: вода превратилась в лед, и памятник разорвало изнутри.





По молодости Сандомирская не восприняла это как трагедию. Она просто уехала в Оренбург, чтобы заняться там «постановкой образования в учебных и художественных мастерских» — по программе Наркомпроса. Пригласила в Оренбург своего учителя Казимира Малевича. Затем организовывала такие мастерские в Средней Азии — Ташкенте и Самарканде.

— Она была не просто художником, а миссионером авангарда. Она была истинная фанатка этого направления, — почти с любовью говорит Игорь Смекалов, научный консультант выставки, главный научный сотрудник отдела графики XX века Государственной Третьяковской галереи.





Казалось, в тридцатые годы Сандомирская восстановила позиции. Она возглавила «Бригаду работавших в дереве», выполнила много заказов и даже претендовала на звание скульптора номер один в новом государстве.

Но сокрушительный удар ей нанесла Вера Мухина, возглавлявшая объединение скульпторов «Бригада восьми», которые всем материалам предпочитали бетон. Мухина победила, страна пошла путем бетона, стекла и металла, а дерево осталось не при делах.





Обидные щелчки по носу следовали один за другим. Сандомирская приняла участие в конкурсе проекта памятника Маяковскому. Буквально наступив на горло собственной песне, предложила проект не из дерева, а из модных материалов: парящая в высоте библиотека в кружеве железобетонных арок, увенчанная горельефом поэта. Но смелую задумку никто не одобрил. Не заметили Беатрису и на конкурсах памятников Чапаеву и Николаю Островскому. Посыпались обвинения в формализме. А затем настало время «Большого террора»: репрессировали брата Зиновия, сподвижника Льва Давидовича Троцкого, и любимую подругу Ольгу Каменеву — сестру Троцкого и первую жену председателя Моссовета Льва Каменева. Решив, что мир ее отвергает, Сандомирская с головой ушла в берлогу структурированного труда.

Ее называли эмоциональной, гордой, несгибаемой. Такой она осталась и в годы войны. Эвакуироваться из Москвы, как это сделали многие ее коллеги, отказалась наотрез. Всю Великую Отечественную трудилась маскировщицей.

Выставка, вернувшая имя

Инициатор проведения выставки, коллекционер Алла Есипович-Рогинская, с Сандомирской «встретилась» случайно, увидев работу «Майданек», в которой автор в теплом дереве запечатлела мать с мертвым младенцем на руках. Коллекционер заинтересовалась автором произведения и обратилась к специалистам. Те сделали круглые глаза.

— Нет, конечно, что-то мы слышали, но «творческая физиономия» автора была неопределена, — поясняет замдиректора ГМИИ по научной работе Илья Доронченков. — В изданиях по советскому искусству рядом с фамилией «Сандомирская» ставили изображение какой-то деревяхи. Всего-то мы и знали около пяти-шести таких «деревях».





Преддверием большой выставки Сандомирской стал проект «17/37. Советская скульптура. Взлет», которую несколько лет назад провели в Новом Манеже при поддержке РОСИЗО. Нынешняя выставка впервые представляет творчество забытого скульптора в полном объеме. Создатели выставки провели колоссальную работу, собрав произведения из 17 музеев, галерей и частных коллекций. Редкости начинаются в первом же зале, здесь, например, показан «Композиционный портрет», выполненный в кубистическом стиле.

Сказывается школа Малевича. Мало кто знает, что автор «Черного квадрата» был не только художником, но и скульптором.

— Едва начав работы в мастерской, Малевич первым делом заказал металл, стекло, фанеру, дерево. Ему выдали, поскольку думали, что он будет ремонтировать мастерские. Но на самом деле все это использовалось для скульптурных работ, — рассказывает Игорь Смекалов.

Портрет Сандомирской, наследующий принципам кубизма, но воплощенный в архаичном дереве — чуть ли не единственная работа раннего периода. Дело в том, что очень скоро Беатриса разочаровалась в кубизме. Она заявила, что экспрессия важнее конструкции, и в честь этого умудрилась спалить в огне свое раннее творчество.

Эпиграфом к экспозиции очень удачно служат строки Мандельштама:

Уничтожает пламень

Сухую жизнь мою,

И ныне я не камень,

А дерево пою.

Вообще, дерево как национальный материал вернул в скульптуру второй ее учитель — Сергей Конёнков. Но Беатриса пошла дальше. Если европейцы работали преимущественно с клееной деревянной скульптурой, то Сандомирская высекала из цельного куска дерева без предварительных моделей. Поэтому-то в ее работах так чувствуется неистовый темперамент создателя: в каждой деревянной фигуре считывается личный штрих как личный удар стамеской.





В отличие от своих коллег, той же Мухиной, учившейся во Франции, Сандомирская была по-настоящему плодом нашей страны и нашей эпохи. Она впитала в себя особенности русской скульптурной школы и дальше всю жизнь развивалась в этом направлении, создав свой вариант модернизма. Удивительно то, что она не пошла по абстрактной ветке, а, как буравом в почву, ушла в глубину, к первым скульптурным формам, к идолам.

В этом смысле очень точно определение художника Юрия Аввакумова, посетившего выставку:

— Это же славянское капище!





Критики шутят: вокруг ее работ нужно кружиться как планетам вокруг Солнца. Фигуры асимметричны: лица героев Сандомирской меняются в зависимости от ракурса.

Забавно наблюдать, как, кружась вокруг портрета Луначарского или Маяковского, зрители сначала ворчат: «Ой, непохоже», но, покружившись какое-то время, находят свою точку видения и с удовлетворением замечают: а вот так похож.

Художницу увлекали массы, их объем, вес. Она намеренно утяжеляла формы, искажала пропорции. Как говорил критик и искусствовед Анатолий Бакушинский, мощь, грузность и широкие поверхности помогали достичь предельно чувственной выразительности образа и той самой «камерной монументальности», ставшей ее отличительной чертой.

Космическую серию оценил Хрущев

К выставке готовят альбом автора с обширной биографической статьей. Но биография ее так и осталась полной загадок. После ее смерти многое оказалось уничтожено, однако удалось сделать открытия. Раньше в распоряжении историков была всего одна фотография. А теперь удалось найти еще шесть!

Также специалисты считают, что «Обнаженная женская фигура» 1925 года — это автопортрет. Сохранилась и последняя работа — идолоподобная «Наташа». Кто она? Откуда?





Никто не знает, чем вдохновлена космическая серия работ Сандомирской. В шестидесятые Беатриса Юрьевна вдруг стала ваять жителей далеких планет: марсиан, юпитериан — и даже давала им причудливые имена. Жительница планеты Марс — Олинея, марсианина зовут Дагмо, девушка — Венерона... То ли речь шла об иллюстрациях к фантастическому произведению, то ли уровень одиночества уже зашкаливал. В 1962 году ее инопланетяне были показаны на выставке МОСХа в Манеже, той самой, куда явился Никита Сергеевич Хрущев и «кричал как резаный» (по утверждению Эрнста Неизвестного). Но, что интересно, «Инопланетян» Сандомирской глава государства оценил. Сказал, да, авангард, но приемлемый: никто же не знает, как выглядят жители других планет!

Время показало, что выглядят они как современные футболисты. В 2018 году имя полузабытой Беатрисы Сандомирской всплыло в связи с чемпионатом мира по футболу. В музей Саранска пришли португальские болельщики и лишились дара речи. В бюсте «Жителя далекой планеты Юпитер» они узнали футболиста Роналду! После этого образ завирусился в соцсетях и стал очень популярным.

Последний бой

Единственная персональная выставка Сандомирской прошла в 1966 году, когда автору было уже за семьдесят. Об этой выставке Беатриса Юрьевна мечтала с послевоенного времени и то и дело писала просьбы в высшие инстанции.





А еще Сандомирская — автор деревянного барельефа на могиле Роберта Фалька. В девяностые годы барельеф украли, однако специалисты не теряют надежды, что работу можно восстановить.

Творческий путь Сандомирской — это непрерывное развитие. Как говорят критики, в позднем своем искусстве она оказалась едва ли не более интересной, чем в раннем.

Немногочисленные друзья и редкие ценители ее искусства ушли раньше. Она осталась одна, но ей особенно никто не был нужен. Тюкая ночами в своем полуподвальчике «несгибаемая Сандомирская» знала, что все делает правильно. В своем даровании она не сомневалась ни на секунду. И, как показывает время, была права.

Нынешняя выставка в ГМИИ вернула ее в число скульпторов первого эшелона.

— Беатриса Сандомирская — это что-то исключительное, — говорит Игорь Смекалов. — Пример настолько свободной и парадоксальной работы, что чего-то подобного прежде встречать мне не приходилось.

POST SCRIPTUM

В мае–июне 2026 года музей «ЗИЛАРТ» и Пушкинский музей проводят совместную экскурсию «От африканской скульптуры к авангарду: Беатриса Сандомирская и искусство Африки». Во время экскурсии участники рассматривают образы и мотивы, которые связывают произведения Сандомирской с африканской пластикой. Экскурсия объединяет поход на выставку «Африканское искусство: боги, предки, жизнь» в «ЗИЛАРТе», лекцию и льготное посещение экскурсии по выставке Беатрисы Сандомирской в ГМИИ имени А.С. Пушкина.

Фотографии: Сергей Киселев/АГН «Москва»