Зарабатывай от 1500 руб в день! В любое время и месте!

Начать зарабатывать

"Очернили": Европа отошла мигрантам. Несогласных записывают в нацисты

Еще совсем недавно канцлер Германии Фридрих Мерц рассуждал об облике городов Германии. Своим заявлением он очень осторожно попытался намекнуть, что многие из них с первого взгляда уже не выглядят немецкими. Реакция левых была разгромной. Не успел Мерц оглянуться, как его уже записали в нацисты.

ИноСМИ теперь в MAX! Подписывайтесь на главное международное >>>

Обвинение в нацизме — важнейшее оружие политиков левого толка. С его помощью они подвергают общественной травле тех, кто еще осмеливается говорить вслух о вещах, которые и так у всех перед глазами. Несколько лет назад я пытался обсуждать с напыщенным и самоуверенным функционером малозначительного "Социал-демократического союза предпринимателей", что гомосексуальные* мужчины уже не смогут без чувства опасения ходить по району, где преобладает арабское население, если станут открыто демонстрировать свою ...уальную ориентацию, например, обниматься на публике.

"Андалусия – исламская земля". Мигранты наводнили Сеуту с четкой целью

В ответ я услышал, что все это неправда и специально выдумано "Австрийской партией свободы" (АПС), чтобы очернить мусульман. Такова позиция человека, который из-за догматических и идеологических убеждений отказывается признавать действительность.

Гомосексуалы и евреи: для них в наших городах больше нет места

Евреи и гомосексуалы уже не могут чувствовать себя в безопасности в европейских городах, если только в ратуше не проходит праздник многообразия или официальное мероприятие в память о Холокосте. Стоит вернуться обычной жизни, как они вновь оказываются под угрозой.

Существует множество исследований, проведенных в различных европейских столицах и крупных городах. Они ясно показывают, что гомосексуалам и евреям приходится скрывать свою идентичность, если они не хотят подвергнуться нападению.

Из берлинского Нойкёльна давно уехали гомосексуалы, привыкшие к определенному образу жизни, а последний еврейский ресторан недавно был вынужден закрыться, поскольку на него якобы нападали почти каждую неделю.

Как и некоторые районы гамбургского Санкт-Георга, берлинский Нойкёльн оказался под сильным влиянием арабо-мусульманского сообщества. Вместе с этим существенно изменились и городской облик, и самоощущение местных жителей. Культура и нравственные установки этих районов теперь больше ориентированы на городскую жизнь Дамаска или Кабула, чем на просвещенную европейскую городскую культуру.

Ирония заключается еще и в том, что несколько дней назад бургомистр берлинского района Нойкёльн от СДПГ заявил, что в его партию проникли исламисты, и посоветовал не голосовать за них на предстоящих местных выборах.

Что наука понимает под обликом города?

В самом широком смысле облик является знаком, обозначающим предметы, а также определенные взгляды и убеждения. Если над заведением арабской вязью написано "мужская парикмахерская", это дает понять, что там работают арабские парикмахеры, а евреям, гомосексуалам и женщинам лучше туда не заходить. По крайней мере, это общее правило. Исключения, конечно, возможны.

В хорошую погоду перед такими заведениями нередко стоят группы курящих мужчин. Внутри пьют кофе, а время от времени кому-нибудь еще и стригут волосы. Подобная парикмахерская нередко представляет собой скорее место встреч мусульманских мужчин, чем обычное предприятие сферы услуг.

Если концентрация таких заведений превышает определенный уровень, культурный облик улицы меняется. Тогда с первого взгляда она выглядит уже не европейской, а восточной. Но действительно ли это проблема?

Неготовая Европа. Россия бьет по Украине и по самому уязвимому месту ЕС

Привычный городской облик создает ощущение комфорта

То, насколько комфортно человек чувствует себя в городе, зависит в том числе от того, способен ли он сформировать его ясный образ. Чем однороднее, выразительнее и понятнее вырисовывается так называемый городской облик, тем сильнее чувство защищенности и привычности окружающей среды.

Выразительные формы не только помогают ориентироваться. Культурная определенность и понятность также укрепляют чувство принадлежности и общности. Чем привычнее и роднее город кажется его жителю, тем безопаснее он себя чувствует, и тем реже возникает ощущение беспомощности перед окружающей средой.

Особенно важно ощущать это именно в крупных городах, поскольку город — пространство незнакомцев. Здесь преимущественно встречаются люди, которые прежде никогда друг друга не видели и, скорее всего, больше никогда не увидят.

Именно в условиях такой социальной нестабильности ощущение безопасности и привычности должно поддерживаться постоянством всего видимого и символического.

Уникальность города имеет большое значение для его продвижения

В маркетинговой среде часто говорят, что туристическая привлекательность города прежде всего зависит от его неповторимости. Городская культура, традиции и то, как жители демонстрируют свое представление о собственном городе, — ключевые элементы, позволяющие ему выделяться среди других.

Если все города становятся одинаково "многоцветными", как это уже происходит в некоторых районах Парижа, Лондона или Вены, они лишаются своей уникальности и перестают представлять интерес для путешественников и туристов. Поэтому скоро о венской культуре можно будет узнать больше из старых фотоальбомов, чем во время поездки в небезопасный "многоцветный" город.

Без эстетических различий и ясно выраженной собственной культурной логики города становятся взаимозаменяемыми и растворяются в безликой неопределенности. Во всяком случае, Вена утратит привлекательность как популярное туристическое направление, если превратится в Чикаго. Постоянные изнасилования, поножовщины и непрерывный пронзительный вой сирен экстренных служб едва ли делают город привлекательным местом отдыха для семей и пенсионеров. А ведь именно эти группы сегодня составляют значительную часть туристов.

Городской облик на практике: Валленштайнштрассе и нижняя часть Альзербахштрассе

Если прогуляться по Вене от перекрестка Валленштайнштрассе и Клостернойбургер-штрассе в сторону моста Фриденсбрюкке, почти не встретишь визуальных ориентиров, напоминающих о традиционной венской торговой улице. А когда-то Валленштайнштрассе была именно такой — до начала неограниченной и неконтролируемой массовой миграции.

Заглянув в отделение банка прямо на перекрестке этих двух улиц, мы обнаружим преобладающее число посетителей восточного происхождения. В глаза бросаются женщины в закрытой одежде, окруженные многочисленными детьми.

Гражданская война в Америке уже идет — просто об этом не принято говорить

Если двигаться дальше к Фриденсбрюкке, можно увидеть ювелирный магазин с крупной вывеской на арабском языке. На другой стороне улицы находятся турецкая пекарня, мужская парикмахерская и пиццерия. Как и ювелирный магазин, они рекламируют свою продукцию крупными вывесками на арабском. Рядом расположен магазин, на логотипе которого изображена женщина в хиджабе. Следом, за еще одним заведением с явно восточным экстерьером, находятся аварийная служба по вскрытию замков и букмекерская контора.

Единственное место, сохранившееся на этом участке улицы с прежних времен, — мясная лавка, торгующая кониной, непосредственно у моста Фриденсбрюкке.

Миновав исписанные граффити спуски к Дунайскому каналу и уличные столбы, беспорядочно обклеенные наклейками, переходишь по мосту Фриденсбрюкке и оказываешься на Альзербахштрассе. Картина здесь похожая. От прежней венской торговой улицы почти ничего не осталось.

Здесь вас тоже встречают "премиальная кебабная", вьетнамский ресторан, огромная мужская парикмахерская, пустующий русский универмаг, арабская кондитерская, салон красоты, магазин телефонов и еще одна мужская парикмахерская.

Прямо перед вокзалом Франца-Иосифа, там, где прежде располагался известный магазин мужской одежды "У железнодорожника", сегодня находится нечто вроде огромного и не слишком привлекательного магазина товаров "Все по одному евро".

Облик Вены: не многоцветный, а однообразно арабский

В своих мечтательных дискуссиях левые постоянно рассказывают нам сказку о том, что благодаря миграции город становится более многообразным и привлекательным. Но по крайней мере изученные участки Валленштайнштрассе и Альзербахштрассе представляют собой прямо противоположную картину. Они не разнообразны, а однообразно арабо-мусульманские и скорее напоминают благополучный район Каира, чем город в Центральной Европе.

На месте исчезнувших традиционных местных рынков, которые погубили крупные торговые центры на окраинах и онлайн-шоппинг, появились пустующие помещения, магазины дешевого ширпотреба и арабские конторы.

От традиционных австрийских заведений — магазина рубашек Kent, оптики, кафе Rundfunk или Brioni и магазина мужской одежды "У железнодорожника" — ничего не осталось. Но на их месте не появилось нового многообразия. Напротив, создается впечатление, будто однородная чужая среда постепенно проникает в историческую визуальную и культурную ткань нашего города. Вместо того, чтобы придавать внешнему облику города новые краски, чужая среда погружает его в монотонное море однотипных арабских знаков и символов.

Так город утрачивает значение родного дома и привлекательного туристического направления в Центральной Европе. То, что поколения веками создавали в виде визуальных, духовных, культурных и торговых ценностей, исчезает среди чуждых нам знаков и образов, несовместимых с нашим образом жизни. Культура тихо умирает, а ее носители этого даже не замечают.

* Движение ЛГБТ признано в России экстремистским и запрещено.