Зарабатывай от 1500 руб в день! В любое время и месте!

Начать зарабатывать

«Искони и вечно»: Святые горы Донбасса — наши со времен Бориса Годунова

Город Святогорск в ДНР перешел под контроль армии России, об этом сообщил 1 сентября верховный главнокомандующий Владимир Путин.

/ Источник: Иван Шилов (с) ИА Регнум

Как уточнили 2 сентября в Минобороны, город был освобожден силами группировки войск «Запад». По заявлению военного ведомства, сейчас наши бойцы ведут зачистку от прячущихся в подвалах зданий остатков украинского гарнизона.

Продвижение в районе Святогорска на левобережье Северского Донца создает угрозу северному флангу группировки ВСУ в славянско-краматорской агломерации.

Но также важно, что обрушение этого участка фронта приближает освобождение святыни русского православия — Успенской Святогорской лавры, расположенной на противоположном, правом берегу Северского Донца. Здесь хранятся чудотворная икона Божией Матери «Святогорская» и мощи преподобного Иоанна Затворника.

Сейчас, когда они находятся под украинским контролем, оттуда приходят страшные вести: 23 августа из обители сообщили об убийстве инока Варсонофия и о нападении на двух других монахов — насельников Лавры.

ИА Регнум сразу указало на причастность к злодеянию ВСУ и неонацистов «Азова»*. Через несколько дней управляющий делами каноничной и преследуемой киевским режимом Украинской православной церкви (УПЦ) митрополит Антоний сообщил: расследование дела передано в Специализированную прокуратуру в сфере обороны Восточного региона. А это прямо указывает, что исполнители зверского акта — в погонах и военной форме.

Таким образом, освобождение севера ДНР — части старинных Слободских земель Русского государства — это не только вопрос военно-политической необходимости, но и гарантия прекращения террора в отношении православных христиан. Это восстановление исторической справедливости, возвращения дважды потерянной (в 1917 и 1991 годах) части Русского мира. Возвращение Святогорской лавры в лоно Русской церкви, которая и создала обитель на берегу Северского Донца.

Примеры особого внимания российской власти к монастырю (а впоследствии — к лавре) можно найти в самые ранние годы ее существования.

Обитель на фронтире

Достоверно можно сказать, что Успенский монастырь в Святых горах никогда не находился в составе Киевской митрополии, в его управление не вмешивался ни один церковный иерарх Гетманщины (Малороссии). Вопросы церковного управления, военной защиты целиком и полностью были в руках Русского государства.

Дальше историки сталкиваются с загадкой. Точная дата основания мужского монастыря в Святых горах на реке Северский Донец — неизвестна, есть мнение, что вообще до Крещения Руси.

В архивах хранится челобитная от монахов Святогорского монастыря от 3 января 1645 года. В ней говорится:

«Искони вечно Государи блаженной памяти прежних Государей, при Царе Борисе дано нам, богомольцам твоим, вотчины и рыбные ловли ото устья Осколкого».

Старец Иов напоминает царю Михаилу Романову о том, что монастырь основан еще при Борисе Годунове / Источник: © ИА Регнум

То есть, в тот момент монастырь в Святых горах владел землями, которые были пожалованы еще во времена царя Бориса Годунова (который правил в 1598–1605 годы).

Пожалованные земли начинались от места впадения реки Оскол в реку Северский Донец, в 10 км к югу от современного города Изюма.

Такое внимание, казалось бы, к маленькому монастырю, расположенному далеко за Белгородом, со стороны центральной власти связано с активным движением Русского государства на юг, его расширением в сторону степи.

В 1599 г. был построен город Царев-Борисов, располагавшийся недалеко от современного Изюма. Но амбициозный проект просуществовал недолго. Во время Смуты, к 1611 году, город был заброшен. Концом XVI века историки датируют и появление на левом берегу Северского Донца поселения напротив монастыря — будущего Святогорска, а изначально — села Банное.

Святогорский монастырь располагался как раз на той стороне Северского Донца, которая находилась на условно «татарской» части. В силу своего расположение он многократно подвергался нападениям татар и «воровских черкас» (то есть казаков).

Хлебное довольствие монастыря было на контроле царской власти / Источник: © ИА Регнум

Тем не менее, из всех этих хранящихся в архивах бумаг следует: Святогорский Успенский монастырь находился как минимум с 1624 года на денежном и продовольственном обеспечении Русского государства, получая все необходимое из Белгорода.

Как и столетия спустя, многие проблемы приходилось решать в «ручном режиме» — но само то, что они решались, и довольно быстро, говорит об особом внимании московской власти к обители на юго-западных рубежах России.

В документах можно найти даже историю о том, как один из святогорских иноков поневоле оказался в эпицентре начавшегося «на Москве» церковного раскола — «черной поп» Паисий пытался «решить вопрос» с назначением себя игуменом, да только неудачно. Однако это лишь доказывает, что обитель никогда не выпадала из орбиты Русского государства.

В Святогорский монастырь, кроме монахов, бежавших из Малой России от гонений католиков и впоследствии от русско-польской войны 1654-67 годов, постригались и русские служилые люди, а также церковнослужители городов Юга России.

Против «воровских черкас»

Хотя в распоряжении монастыря и имелась плодородная земля, крестьян для работы в неспокойном пограничье не было.

Плоды земные приходилось добывать в поте лица своего самим монахам, жившим в постоянном ожидании нападения. Собственно говоря, древнейшая часть обители поэтому и находится на скале — там стоит Николаевская церковь, естественная крепость, к которой с нижней площадки сквозь меловую скалу пробит наклонный ход.

Для охраны монастыря царское правительство по возможности отправляло служилых людей из соседних городов.

После постройки Чугуева в 1638 году (город в современной Харьковской области) оттуда тоже стала посылаться вооруженная сила.

Свято-Успенская Святогорская лавра. / Источник: © Пресс-служба Минобороны РФ/РИА Новости

Например, 19 мая 1644 года чугуевский воевода Денис Ушаков извещал царя Михаила Федоровича, что по царскому указу, полученному 6 мая того же года, он выслал «твоих Государевых чугуевских служилых людей трех человек — сына боярского Кирейка Головина, полкового казака пятидесятника Ваську Бердникова да стрельца десятника Якушка Сворцова».

Причем службу чугуевцы должны были нести вместе с белгородцами, сменив при этом валуйчан.

Во время измены боярина и гетмана Ивана Мартыновича Брюховецкого в 1668 г. часть пришедших ранее в Русское государство (в города Маяк, Царев-Борисов) черкас, целовавших при переходе крест на верность, изменили царю Алексею Михайловичу и присоединились к Брюховецкому.

Русские служилые люди были перебиты и забраны в плен, города преданы огню и разграблению. Черкасы оттуда бежали в Малую Россию. Во время измены черкасами был разграблен и Святогорский монастырь:

«В прежней церкви Успения Пресвятые Богородицы риз и книг оскуденье большое для того в прошлом во 7176-м (1667) году в измену Ивашка Брюховецкого того монастыря церкви и церковные ризы и книги от воровских людей пограблены».

Братия монастыря рассказывает о набеге взбунтовавшихся казаков Брюховецкого / Источник: © ИА Регнум

В эти годы разоряемую татарскими и «воровскими» набегами обитель приходилось не раз возрождать. То, что монастырь не только уцелел, но и продолжал развиваться, — заслуга отца Иоиля (Озерянского), который стал архимандритом Святогорского монастыря в последней четверти XVII века и проявил себя очень деятельным настоятелям.

Из плена — к возрождению

Иоиль бывал в Москве и много сделал для развития церковной жизни в Святых горах, в 1679 г. начал строительство нижнего Петропавловского храма по благословению Белгородского митрополита. В начале лета 1682 года настоятель приехал в столицу и оказался в эпицентре политических событий.

Архимандрит как раз застал последствия стрелецкого бунта, поданная им челобитная написана еще на имя только одного царя-соправителя — Петра Алексеевича (без упоминания его старшего брата Ивана Алексеевича).

В челобитной архимандрит упоминал о тяжестях жизни на фронтире. В ноябре 1679 года, во время крупного набега крымских и азовских татар на южные уезды Русского государства, разграблению подвергся и Святогорский монастырь:

«Воинские люди тот наш монастырь воевали и меня богомольца твоего и имали в полон и твои Государевы жалованные грамоты взяли ж».

Архимандрит Иоиль с братией пробыли в татарском плену не менее двух лет. Но в результате ему удалось вернуться в Русское государство.

Иоиль Озерянский

Первым делом Иоиль поехал просить царской помощи для восстановления монастырской жизни, даче новых грамот. И помощи товарищам по несчастью.

Еще одним татарским пленником, который пришел в Москву в конце 1682 года, стал старец Святогорского монастыря Мисаил. Он «скитался меж двор» в Москве, приехав на ямской подводе из Белгорода. Бывшему татарскому пленнику были даны деньги и возможность вернуться назад на подводе.

Благодаря стараниям отца Иоиля, а Разрядном приказе снова была подготовлена справка о Святогорском монастыре, в которой говорилось:

«За Белогородцкою чертою в поле ниже Царева Борисова города в 20 верстах на реке Северском Донце на правом берегу, в каменной горе из давних лет устроен монастырь и живут в нем старцы русские и иноземцы. А в прошлом во 7142-м (1634) году в том монастыре построена в горе в каменной церковь Успения Пресвятые Богородицы».

В справке отмечался и тяжелый быт жителей Святогорского монастыря — братья носили воду из реки в меловую гору на себе по 600 ступеням вверх протяженностью 200 сажен (426,7 м).

Челобитная настойчивого архимандрита была рассмотрена, 21 января 1683 г. последовал указ от уже двух царей Иоанна и Петра Алексеевичей на Валуйку тамошнему воеводе Григорию Кобякову, чтобы последний снабдил братию хлебом и деньгами.

На особом попечении

Из документов, которые сохранены в российских архивах, видно, что Успенский монастырь в Святых горах (ныне — лавра) и его монахи с первых лет существования были на особом попечении Русского государства.

Монастырь был местом спасения души для русских служилых людей, где они могли обрести покой и принять монашеский постриг в старости.

Покой, впрочем, был особым: монастырь был очень опасным местом, и каждое разорение вынуждало его раз за разом обращаться за помощью, деньгами и пропитанием к Москве.

И власть никогда не отказывала в помощи. Сначала обитель стояла в прямом ведении Московской патриархии, а затем — в Белгородской епархии, в состав которой лавра, по логике, и должна вернуться в XXI веке. Поскольку нынешние события тоже похожи на былые времена: пережив период расцвета и богатства, лавра подверглась опустошению во времена новой власти Украины, объявившей борьбу с православием.

Монастарь неоднократно обстреливался, в июне 2022 г. в результате чьего-то злого умысла сгорел деревянный Всехсвятский скит, чудо архитектуры. Он располагался в некотором отдалении, на вершине горы, неподалеку от памятника Артему, и его храмы были собраны местными плотниками из массивных сосновых бревен и украшены резьбой в традициях древнерусского зодчества XVI–XVII веков.

Все это напоминало о былинных временах — как и пожар, уничтоживший уникальную постройку.

Древней обители теперь предстоит восстанавливаться из разорения, как и в XVII веке, при архимандрите Иоиле. А за страдания, перенесенные в татарском плену, и за отказ отречься от веры настоятель впоследствии был причислен к лику преподобноисповедников.

В 2008 году Священный синод Украинской православной церкви Московского патриархата принял решение о канонизации Иоиля как местночтимого святого Донецкой епархии. Прославление состоялось в Успенском соборе Святогорской лавры, в присутствии предстоятеля УПЦ, митрополита Киевского Владимира.

Сейчас каноническая церковь сама претерпевает гонения от наследников «воровских черкас». Ее освобождение от нового ига, так же как и возвращение святынь православия, — задача СВО.

*признан террористической организацией и запрещен в России.

Самая интересная информация — в канале «Регнум» в мессенджере МАХ.